Является ли конкретный человек носителем специальных знаний, по каким критериям отделять специальные от общедоступных знаний, каковы полномочия специалиста и эксперта в уголовном судопроизводстве. Дискуссия по этим вопросам продолжается уже не одно десятилетие. Одним из ее узловых элементов является заключение эксперта в части оценки его как доказательства. Автор рассматривает, как изменялся в уголовном процессе подход к тому, допустимо ли привлечение сведущих лиц для оказания помощи в оценке научной достоверности данного документа. Анализируя существующую в настоящее время, по сути, конфликтную ситуацию по этому вопросу между законом и научным сообществом, автор приходит к мнению, что судебное сообщество придерживается позиции недопущения специалиста к данному роду деятельности. Действующее законодательство по рассматриваемому автором вопросу не только не способствует развитию принципа состязательности сторон, но фактически ничем не отличается от предыдущей редакции. Закрепление показаний и заключения специалиста в законе, выведение их из статуса иных доказательств и придание им самостоятельного статуса, без последующей переработки статей УК РФ и УПК РФ, регламентирующих порядок признания сведущего лица специалистом, его прав в части оказания помощи как защитнику, так и следователю и (или) суду при оценке научной достоверности заключения эксперта, вопрос уголовной ответственности специалиста за дачу заведомо ложного заключения, фактически были обесценены. Углубляя анализ ситуации с оценкой следствием и (или) судом научной достоверности заключения эксперта, автор высказывает мнение о необходимости предоставления права участия в этом не только специалисту, но и эксперту, подтверждая данное утверждение примерами из экспертной практики.

The question of whether a specific individual possesses "specialized knowledge"—and the criteria for distinguishing such knowledge from common, generally accessible knowledge—along with the scope of authority granted to "specialists" and "experts" in criminal proceedings, has been a subject of debate for decades. A central element of this discussion concerns the expert’s report and its evaluation as evidence. The author examines the evolution of the approach within criminal procedure regarding the admissibility of involving knowledgeable individuals to assist in assessing the scientific reliability of such reports. Analyzing the current conflict between the law and the scientific community, the author concludes that the judicial community effectively opposes the involvement of specialists in this capacity. Existing legislation not only fails to foster the adversarial principle but remains, in essence, unchanged from its previous iteration. The formal inclusion of a specialist’s testimony and reports in the law—elevating them from the category of "other evidence" to a distinct evidentiary status—has been rendered largely ineffective. This is due to a lack of corresponding revisions to the Criminal Code and the Code of Criminal Procedure regarding the criteria for qualifying an individual as a "specialist," the scope of their authority to assist defense counsel, investigators, or the court in evaluating the scientific reliability of an expert’s report, and the issue of a specialist’s criminal liability for providing a knowingly false opinion. Furthermore, the author explores how investigators and courts assess the scientific reliability of expert reports, arguing that both specialists and experts should be permitted to participate in this process—a position supported by examples from forensic practice.