Следственные действия: практические проблемы при производстве

Следственные действия, будучи эффективным средством познания истины, всегда в большей или меньшей степени сопряжены с ограничением прав граждан, каждое из них в той или иной мере допускает вторжение органа расследования в сферу личных интересов свидетелей, потерпевших, обвиняемых, подозреваемых и других лиц. В свете положений Конституции Российской Федерации, в соответствии с которыми человек, его права и свободы являются высшей ценностью, провозглашается неприкосновенность личности, жилища и частной жизни, возникает необходимость установления четких пределов возможного ограничения прав граждан в ходе производства следственных действий, предотвращения неоправданного ущемления их интересов [1]. Поэтому любое следственное действие может проводиться только при наличии определенной цели и достаточного основания для ее проведения. Частью 1 статьи 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено правило, в соответствии с которым доказательства по уголовному делу, полученные с нарушением требований закона, признаются не допустимыми [2]. Именно поэтому даже небольшое нарушение процессуального порядка производства следственного действия может привести к тому, что полученные в ходе их проведения доказательства не будут приняты во внимание судом.

В соответствии со статьей 80 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показания эксперта - сведения, сообщенные им на допросе, проведенном после получения его заключения, в целях разъяснения или уточнения данного заключения в соответствии с требованиями статей 205 и 282 настоящего Кодекса, а не в целях выяснения содержания показаний обвиняемого.

Согласно части 2 статьи 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации к недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде. Исходя из вышеизложенного, «по уголовному делу в отношении Голикова С.С., осужденного за совершение преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации показания эксперта Воскресенской К.В. относительно сведений, о которых пояснял подсудимый Голиков С.С. при проведении экспертизы относительно обстоятельств совершения преступления, не могли быть использованы в качестве доказательств виновности подсудимого, в связи с чем, суд признал такие показания недопустимым доказательством, поскольку они получены в нарушение норм действующего законодательства» [3].

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» [4] судам следует иметь в виду, что статья 425 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает обязательное участие педагога или психолога при допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, подсудимого в возрасте от 14 до 16 лет, а в возрасте от 16 до 18 лет - при условии, что он страдает психическим расстройством или отстает в психическом развитии. Показания такого подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, полученные без участия педагога или психолога, в силу части 2 статьи 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации являются недопустимыми доказательствами.»

«Принимая во внимание вышеуказанные руководящие разъяснения, а также, исходя из заключения эксперта, согласно которому у Шадрина А.Д. обнаруживается психическое расстройство в форме эмоционально неустойчивого расстройства личности, с учетом того, что подсудимый Шадрин А.Д. был допрошен в качестве подозреваемого 13.08.2024 без участия педагога, суд признал протокол допроса Шадрина А. Д. в качестве подозреваемого недопустимым доказательством (уголовное дело в отношении Шадрина А.Д., осужденного за совершение преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации)» [5].

В соответствии со статьей 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации свидетель вправе: отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен пунктом 4 статьи 5 настоящего Кодекса; давать показания на родном языке или языке, которым он владеет; пользоваться помощью переводчика бесплатно. «Как установлено в ходе судебного следствия свидетель Х. является гражданкой Республики Узбекистан, русским языком практически не владеет, нуждается в услугах переводчика с узбекского языка, который для нее является родным.»

«Поскольку на досудебной стадии, при производстве допроса свидетелю не был предоставлен переводчик, показания, которые были оглашены в судебном заседании, данный свидетель не подтвердила, указав, что подписала протокол допроса, поскольку так сказал следователь, с учетом показаний следователя Сазоновой В.С. о допущенных ею процессуальных нарушениях при производстве допроса свидетеля, по уголовному делу в отношении Шайманова А. Х., осужденного по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу о том, что показания, данные свидетелем Х., в силу статьи 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации являются недопустимыми, так как они получены с нарушением требований действующего законодательства.» [6].

По уголовному делу в отношении Ревякина А. В., осужденного за совершение преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации суд признал недопустимым доказательством заключение эксперта, полученное в ходе предварительного расследования по делу, исходя из следующего [7].

«В материалах уголовного дела имеется постановление о назначении экспертизы от 22 мая 2023 года, в котором изложены показания подсудимого, а также перед экспертом поставлено 6 вопросов. В заключении эксперта № 4017 от 4 июля 2023 года изложено 8 вопросов, ответы на которые содержатся в выводах. При допросе эксперт Воронковская М.В. пояснила, что в их наряде имеется постановление, в фабуле которого изложены показания не только подсудимого, но и потерпевшего, а также содержится 8 вопросов. Копия данного постановления приобщена к материалам уголовного дела. При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что экспертиза была проведена по постановлению, отличному от имеющегося в материалах уголовного дела, с учетом также того, что в указанное постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы внесены показания потерпевшего, данные им после вынесения данного постановления, суд приходит к выводу о необходимости признания данного заключения недопустимым доказательством.»

Качество расследования уголовных дел в значительной мере находится в зависимости от проведенных следственных действий, которые являются основным источником доказательств на стадии предварительного расследования. Недостаточная квалификация следователей и специалистов в совокупности с недостаточным материальным обеспечением (неисправность фото-, аудио-, видеоаппаратуры), необходимость соблюдения временных ограничений негативно влияет на качество расследования уголовных дел и приводит к признанию полученных на досудебной стадии доказательств недопустимыми.