Отдельные аспекты обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы: понятие и сущность

• ЩЕРБАКОВ Андрей Васильевичкандидат юридических наук доцент, начальник кафедры организации режима Санкт-Петербургского Университета ФСИН России (Псковский филиал), ORCID: 0000-0002-2079-1159Andrey-Sherbakov-1973@yandex.ru
• ГРИГОРЯК Анастасия Владимировнастарший преподаватель кафедры организации режима Санкт-Петербургского Университета ФСИН России (Псковский филиал)danechka89@bk.ru

Проблема обеспечения личной, общественной и государственной безопасности концептуально обозначена в современных программных документах и получает научную разработку, в связи с признанием её приоритетного характера, нарастанием угроз, потребностями формирования и реализации научно обоснованного комплекса мер противодействия указанным угрозам и во взаимосвязи с этим – обеспечения нормального функционирования и развития человека, позитивных компонентов социальной системы, государства. Безопасность уголовно-исполнительной системы, генетически связанная с общей системой безопасности, вместе с тем, заключает в себе существенную специфику, предопределённую предназначением данной системы, закономерностями и условиями её функционирования [10, с. 8-11]. Различные аспекты обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы авторами, будут проанализированы в контексте законодательных и приоритетных направлений. В настоящей статье авторами ставится задача на базе теоретико-правового анализа законодательных положений, а также в части понятийно-категориального аппарата безопасности, определиться с его применением в контексте исследуемой темы, выявить сущность безопасности, выделить основные детерминанты и компоненты основ её обеспечения применительно к уголовно-исполнительной системе. Различные аспекты изучаемой проблемы получили отражение в трудах представителей правовой науки и других отраслей знания. Теоретические основы общественной безопасности, составной частью которой выступает безопасность уголовно-исполнительной системы, разработаны в исследованиях А.Б. Антонова, В.Г. Балашова, Васильева, И.Н. Глебова, Б.Б. Казака, Е.Н. Рахмановой, В.П. Сальникова, С.В. Степашина, А.А. Тер-Акопова, Р.Г. Халиуллина, и др. Вопросы функционирования встроенной в правоохранительный механизм системы органов и учреждений, исполняющих наказания уголовно-исполнительной системы, рассматривались в трудах В.М. Анисимкова, Н.П. Барабанова, А.В. Бриллиантова, Ю.И. Калинина, Б.Б. Казака, Н.Н. Кутакова, И.Н. Смирновой, А.В. Хабарова, С.Х. Шамсунова, и др. В контексте более общей проблемы безопасности, охраны и защиты личности, общества и государства от преступности и опосредуемых ею криминально-криминогенных угроз, рядом авторов (Г.А. Аванесов, А.И. Алексеев, Ю.М. Антонян, С.С. Босхолов, С.Е. Вицин, Г.Г. Горшенков, К.К. Горяинов, В.В. Лунеев, В.С. Овчинский, И.В. Шалахин, Э.Ф. Побегайло, и др.) разрабатывались подходы к ограничению преступности и противодействию ей в контексте обеспечения антикриминальной безопасности личности, общества и государства Результаты: проведенное исследование нормативных правовых актов, научных точек зрения сыграло ключевую роль в поиске решений на обозначенные проблемы в исследовании. Подготовленный материал научной статьи будет интересен профессорскопреподавательскому составу, обучающимся в ведомственных образовательных организациях ФСИН России, а также всем кто интересуется вопросами обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы.

Ключевые слова: уголовно-исполнительная система, нормативные акты, безопасность, личная, общественная, государственная и национальная безопасность

Попытка легально определить общее понятие безопасности была предпринята в Законе РФ «О безопасности» 1992 г. (Закон РФ от 05.03.1992 № 2446-1 «О безопасности» // Российская газета, № 103, 06.05.1992 (утратил силу)), где соответственно, под ней понималось состояние защищённости жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз.

В действующем в настоящее время Федеральном законе «О безопасности» 2010 г. (Федеральный закон от 28.12.2010 № 390-ФЗ «О безопасности» //СЗ РФ. 2011. № 1. Ст. 2 (с посл. изм и доп.)) определение понятия «безопасность» отсутствует.

Как полагают некоторые исследователи, это связано с многообразием видов безопасности, которые, в свою очередь, не попадают под признаки общего определения.

По всей видимости, отсутствие легального определения понятия «безопасность» в действующем одноимённом Законе 2010 г. следует рассматривать в качестве пробела, требующего восполнения; как представляется, законодательная дефиниция безопасности должна опираться на сложившееся в доктрине и отражённое в концептуальном программном документе (Стратегии национальной безопасности РФ) традиционное понимание указанной категории.

Вместе с тем, следует в целом позитивно оценивать определение в данном законодательном акте основных принципов и содержания деятельности по обеспечению безопасности.

Безопасность уголовно-исполнительной системы специально не выделена в Стратегии национальной безопасности в качестве её отдельного вида: национальная безопасность включает в себя оборону страны и все виды безопасности, предусмотренные Конституцией РФ и законодательством Российской Федерации. Вместе с тем, нужно учитывать, во-первых, специфику уголовно-исполнительной системы и её безопасности, и, во-вторых, то обстоятельство, что применительно к рассматриваемой системе речь идёт об интересах, как отдельной личности, так и интересах государства, а также и общества. Следует принять во внимание, что в Стратегии национальной безопасности:

среди стратегических целей государственной и общественной безопасности указана, в том числе, защита основных прав и свобод человека и гражданина; к основным угрозам государственной и общественной безопасности отнесены, в том числе, деятельность преступных организаций и группировок, преступные посягательства, направленные против личности, собственности, государственной власти, общественной и экономической безопасности, коррупция; к главным направлениям обеспечения государственной и общественной безопасности отнесено, в том числе, совершенствование правового регулирования предупреждения преступности, развитие взаимодействия органов обеспечения государственной безопасности и правопорядка с гражданским обществом, повышение доверия граждан к правоохранительной и судебной системам Российской Федерации; позиционно обозначена связь обеспечения государственной и общественной безопасности с повышением эффективности деятельности правоохранительных органов, совершенствованием системы профилактики преступности, в первую очередь среди несовершеннолетних, и иных правонарушений, разработкой и использованием специальных мер, направленных на снижение уровня криминализации общественных отношений.

Здесь, очевидно, прослеживается роль уголовно-исполнительной системы, действующей во взаимосвязи с другими компонентами государства, институтами социальной организации общества в направлении предупреждения и пресечения преступлений. Следует также обратить внимание на то, что, во-первых, пенитенциарная система, в силу своего функционирования, специфики контингента, того обстоятельства, что значительная часть общества прошла через пенитенциарные учреждения и приобрела криминальный опыт, определяющий линию их поведения, негативно влияет на безопасность общества [11, с. 192-196].

Во-вторых, отмеченная специфика, с одной стороны, а также допускаемые отдельными сотрудниками уголовно-исполнительной системы отступления от требований закона, - с другой стороны, выступают источниками и формами угроз безопасности, как персонала пенитенциарных учреждений, так и самих осуждённых [12, с. 47-54]. Здесь, как представляется авторам, важно проявлять объективность и опираться на фактический материал, использовать эмпирические источники, научно обоснованные методы познания, избегать односторонности освещения проблемы.

В-третьих, нормальному

функционированию пенитенциарных учреждений может угрожать деятельность внешних факторов [11, с. 192-196]. И в этой связи, следует вести речь о внешней и внутренней сторонах безопасности уголовно-исполнительной системы. Здесь в полной мере применимы общетеоретические выкладки о том, что: 1) внутренняя безопасность выступает критерием целостности системы и условием поддержания её нормального функционирования в условиях деструктивного воздействия внешней и внутренней среды [3, с. 34-48]; 2) внешняя безопасность означает способность системы взаимодействовать со средой без нарушения гомеостаза последней. Применительно к уголовно-исполнительной системе следует также иметь в виду, что персонал уголовно-исполнительной системы, выполняя служебные задачи на одном из направлений ограничения и предупреждения преступности, тем самым гарантирует безопасность всем членам общества, а также и свою личную безопасность [6, с. 43-45].

Очевидно, что главным, основным источником угрозы безопасности уголовно-исполнительной системы выступает преступность, которая в современной специальной литературе обоснованно рассматривается в виде сложного и относительно самостоятельного социального явления, развивающегося вместе с обществом, и, одновременно, подчиняющегося собственной «криминогенной» природе развития.

Преступность, как отмечают современные исследователи, обладает рядом свойств, проявляющих себя в прямых и обратных связях с обществом, в том числе: интрузивностью; деструктивностью; мимикрийностью.

В криминологической науке выделены две крупные подструктуры преступности:

1) устойчивую (в целом – рецидивную), и 2) ситуативную (первичную); при этом отмечается их довольно тесная связь.

Заметим также, что современные исследователи высказывают суждения по вопросу содержания и формы преступности, оценивая её с точки зрения специфической социальной подсистемы.

Так, по мнению И.В. Шалахина, в содержание преступности входит, во-первых, людская составляющая, то есть лица, совершившие преступления, во-вторых, всё то, что ими применено, причинено, изъято и присвоено в ходе совершения преступления, приобщено, накоплено, использовано или используется для своего существования в качестве преступников.

В свою очередь, под формой преступности указанной авторами понимается её социальная организация, включающая несколько уровней и приводящая в действие преступный контингент, который в результате этого сохраняет и преумножает элементы материальной криминальной культуры; оформленное содержание преступности и есть функционирующий преступный мир, проявляющий себя в преступной идеологии (ментальности), в преступных взаимосвязях, в процессе совершения конкретных преступлений [2, с. 248-254].

Очевидно, что сосредоточенность в исправительных учреждениях лиц с устойчивой преступной мотивацией, выступающих носителями криминальной субкультуры, и принадлежащих преступному миру, предопределяет повышенную криминогенность мест лишения свободы, порождает так называемую пенитенциарную преступность и придаёт ей устойчивый характер, повышает её опасность для уголовно-исполнительной системы [13, с. 387-389].

В свою очередь, пенитенциарная преступность обладает существенной спецификой, и рассматривается в специальной литературе в широком и узком смысловом значении.

Соответственно, в пенитенциарную преступность в широком смысле включаются преступления, совершаемые как на территории исправительных учреждений; так и за их пределами, при условии, что преступные деяния посягают на уголовно-исполнительные правоотношения; в узком смысле слова пенитенциарная преступность - это совокупность преступлений, совершаемых осужденными к лишению свободы за определенный промежуток времени [4, с. 20-23].

Отмеченная специфика пенитенциарной преступности проявляется: в сфере пенитенциарных отношений и, соответственно, локализации на ограниченных пространствах территорий исправительных учреждений; в структуре (носит узко выраженный характер, и ограничивается сравнительно не широким спектром преступных посягательств); в субъектном составе; в специфичности предметов, с помощью которых совершаются указанные преступления; в специфике психоэмоциональной стороны такого рода преступных проявлений; в её повышенной латентности, в свою очередь, обусловленная целым комплексом причин и условий.

Иные источники угроз безопасности уголовно-исполнительной системы – разнообразные неблагоприятные социальные и иные факторы, условия, коррелирующие с её организацией и функционированием и способные оказывать на неё негативное воздействие. В частности, речь идёт о недостатках в организации деятельности исправительного учреждения, не удовлетворительном надзоре за поведением осуждённых, неоднозначном характере деятельности различных организаций в связи с их вовлечением в отношения, связанные с пенитенциарной деятельностью, проблема снижения культурного уровня населения, и одновременно, усиление в ней позиций правового нигилизма, проникновение элементов криминальной субкультуры, недостаточная укомплектованность уголовно-исполнительной системы и проблемы соответствия личностных и деловых качеств, уровня подготовки части сотрудников требованиям работы в новых, переходных условиях реформирования, необеспеченность поставленных в программных документах целевых установок и задач ресурсами, коррупционный фактор, и др. [1]. В свою очередь, классификация такого рода факторов и условий возможна по различным основаниям. Так, исходя из масштаба, распространённости, возможно, выделить глобальные, региональные и локальные факторы; с учётом силы проявления и размера возможного вреда, следует различать форму опасности и угрозу её возникновения [8, с. 122]; с учётом внутрисистемного или внешнего источника, выделяются внутренние или внешние угрозы. В современных условиях, в силу ряда неблагоприятных факторов социального, криминологического, политико-правового характера.

Позиционно следует согласиться с высказанным в специальной литературе мнением о повышенной устойчивой криминогенности учреждений пенитенциарной системы, обусловленной системой факторов, усиленной на современном этапе развития уголовно-исполнительных отношений негативными тенденциями в изменении качественного состава осуждённых, отбывающих наказание в местах лишения свободы [7, с. 47-53].

Безопасность уголовно-исполнительной системы органично взаимосвязана с безопасностью смежных правовых сфер, причем иногда эти сферы пересекаются. В частности, можно указать на безопасность участников уголовного судопроизводства в пенитенциарных учреждениях (такое понимание следует, в том числе, из смысла ч. 4 ст. 13 Уголовно-исполнительного кодекса РФ).

Заметим также, что в безопасности уголовно-исполнительной системы во взаимосвязи с динамикой развития общества и государства, их компонентов, обнаруживаются новые сферы.

В частности, речь идёт об

информационной безопасности уголовно-исполнительной системы, а именно состояния защищённости информационной сферы обозначенной системы, достигаемого в результате прогнозирования, выявления и нейтрализации факторов, создающих опасность для её нормального функционирования [9, с. 31- 34]. При этом информационная безопасность может рассматриваться, в том числе, в разрезе потенциальных или реальных посягательств на значимую для охраняемой системы информацию, а также и в разрезе использования информации в качестве средства негативного воздействия на человека.

Позиционно следует согласиться с высказанным в специальной литературе суждением, согласно которому обеспечение безопасности связано с деятельностью соответствующих субъектов по поводу создания и соблюдения требований, необходимых и достаточных противодействию угрозам, контролем над их исполнением [5, с. 215-221]. При этом, очевидно, такого рода деятельность должна быть организована, упорядочена при помощи, в том числе, правовых норм, институционально оформлена, носит управляемый характер, с учетом особенностей сферы обеспечения безопасности, её вида, предназначения и условий функционирования защищаемой от опасности системы.

В специальной литературе выделены уровни комплекса организационных, правовых и иных мероприятий в части обеспечения безопасности осуждённых: 1) общегосударственный (в рамках уголовно-исполнительной политики государства); 2) региональный (включающий комплекс мер, принимаемых региональными органами государственной власти); 3) внутрисистемный; 4) в рамках соответствующих учреждений.

Заметим, что Уголовно-исполнительный кодекс РФ включает специальную норму (ст. 13), закрепляющую право осуждённых на личную безопасность.

Как уже отмечалось, особая значимость придаётся обеспечению безопасности персонала уголовно-исполнительной системы, что в полной мере обоснованно и объясняется как важностью охраны жизни, здоровья, иных правоохраняемых интересов личности, так и особой ролью деятельности сотрудников, выполняющих задачи в условиях функционирования рассматриваемой системы и, в свою очередь, обеспечивающих в этой связи, безопасность осуждённых, всех лиц, находящихся в пределах соответствующего пенитенциарного учреждения, безопасность его объектов, коммуникаций, информационных и иных компонентов.

Позиционно следует согласиться с тезисом о необходимости рассматривать безопасность персонала пенитенциарной системы в широком плане – не только в связи с непосредственной угрозой их жизни и здоровью, но и через призму негативного воздействия на сотрудников.

Кроме того, к факторам «риска» работы в условиях пенитенциарного учреждения могут быть отнесены различного рода экстремальные и кризисные ситуации, связанные с организацией исполнения наказания, кризисные ситуации, вызванные не обеспечением устойчивости функционирования исправительных учреждений, экстремальные и кризисные ситуации, возникающие в связи с осложнением оперативной обстановки вне исправительного учреждения, кризисные и экстремальные ситуации техногенного характера, а также, находящиеся вне сферы социального контроля, факторы природного и биологического характера [13, с. 387-389].

В свою очередь, безопасность персонала уголовно-исполнительной системы обеспечивается посредством использования комплекса организационных, правовых и иных мер, разрабатываемых и осуществляемых на общегосударственном, региональном, внутрисистемном и локальном уровнях.

Кроме того, по всей видимости, возможно и целесообразно не только в научнотеоретическом, но и в практическом плане выделить два органично взаимосвязанных между собой компонента безопасности уголовно-исполнительной системы: нормативно-правовой и институциональный.

Процесс обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы, принимая во внимание интегративный характер национальной безопасности, должен основываться на общих законодательно установленных (ст. 2 Федерального закона о безопасности 2010 г.) и доктринально обоснованных принципах.

В этом плане следует также вести речь об использовании основных инструментов.

Вместе с тем, отмеченная специфика уголовно-исполнительной системы предполагает, во-первых, наполнение «общих» инструментов особенным, отражающим указанную специфику содержанием, во-вторых, наличие у уголовно-исполнительной системы арсенала собственных, присущих ей средств обеспечения безопасности. В механизме обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы особую роль играют субъекты, принадлежащие данной системе и выполняющие в ней задачи, в соответствии со своим статусом и полномочиями. В этом плане следует выделить:

Федеральную службу исполнения наказаний; учреждения и органы, непосредственно исполняющие уголовные наказания и включающие в своём составе соответствующие службы, подразделения.

В специальной литературе

разрабатывается категория «собственная безопасность уголовно-исполнительной системы», под которой, в свою очередь, понимается внутриорганизационная система мер, средств, условий, характеризующих готовность учреждений и органов уголовно-исполнительной системы противостоять неправомерному вмешательству в их деятельность при взаимоотношениях с внешней средой и негативным внутренним процессом в целях нормального функционирования и развития данной системы [5, с. 221]. Данный подход выглядит вполне обоснованным, принимая во внимание особенности уголовно-исполнительной системы, а также потребности её безопасного функционирования и развития.

Обобщение всего вышеизложенного позволяет прийти авторам к следующим выводам: Безопасность уголовно-исполнительной системы, генетически связанная с общей системой безопасности, и в этой связи имеющая общую сущностную основу вместе с тем, заключает в себе существенную специфику, предопределённую предназначением данной системы, закономерностями и условиями её функционирования.

Отмеченная специфика проявляет себя:

в особенностях источников и форм угроз (основным источником угрозы безопасности уголовно-исполнительной системы, и одновременно, её формой выступает пенитенциарная преступность, в свою очередь, специфичная по структурно-функциональным и иным признакам, кроме того, потенциальные и реальные угрозы заключают в себе факторы и условия социального, политико-правового, культурно-идеологического и иного характера, процессы и явления, коррелирующие с функционированием уголовно-исполнительной системы в современных условиях развития Российского общества и государства); в сторонах и объектах безопасности (соответственно, внутренняя сторона включает в себя безопасность осуждённых, персонала, всех лиц, находящихся в пределах исправительных учреждений, нормальное функционирование уголовно-исполнительной системы, её инфраструктурных, информационных и иных компонентов; внешняя сторона в данном случае представлена безопасностью самого общества, на которое пенитенциарная система оказывает негативное воздействие); в субъектах и арсенале средств обеспечения безопасности (в механизме обеспечения безопасности уголовно-исполнительной системы особую роль играют субъекты, принадлежащие данной системе и выполняющие в ней задачи, в соответствии со своим статусом и полномочиями; при этом «общие» инструменты обеспечения безопасности наполняются особенным, отражающим указанную специфику содержанием, кроме того, уголовно-исполнительная система располагает арсеналом собственных, присущих ей средств обеспечения безопасности, к которым, в частности, относится режим исполнения наказания, средства контроля и надзора за лицами, его отбывающими, средства предупреждения и пресечения правонарушений среди указанных лиц).

Список литературы

1. Обзор ФСИН России от 07.11.2025 № исх-2-94966 (не публиковался).
2. Богданов М.Н., Григоряк А.В. Проблемы обеспечения безопасности пенитенциарной системы: факторы их обуславливающие. Право и управление. 2025. № 3. С. 248-254.
3. Кирьянов А.Ю. Общая характеристика понятия «безопасность». Подходы к определению и виды. Безопасность бизнеса. 2010. № 1. С. 34- 48.
4. Кудрявцев А.В. Оперативно-розыскная деятельность как средство снижения криминогенности уголовно-исполнительных правоотношений // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2013. № 5. С. 20 - 23.
5. Косоногов Д.А. О понятии обеспечения собственной безопасности в уголовно-исполнительной системе //Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2012. № 2. С. 215-221.
6. Майстренко Г.А. Безопасность сотрудников уголовно-исполнительной системы как государственная форма защиты и пути её решения //Российский следователь. 2016. № 6. С. 43-45.
7. Миронов Р.Г., Минасов С.Г. ОВД и УИС в системе правоохранительных органов по обеспечению национальной безопасности в сфере правопорядка. Международное публичное и частное право. 2005. № 6. С. 47-53.
8. Смирнов Л.Б. Уголовно-исполнительная система России: теоретические, правовые и организационные основы: монография / Л.Б. Смирнов; Ленинградский гос. ун-т им. А. С. Пушкина. - Санкт-Петербург: ЛГУ им. А. С. Пушкина, 2007. - 228 с.
9. Сурин В.В. Информационная безопасность уголовно-исполнительной системы: подходы к определению понятия // Информационное право. 2013. № 1. С. 31-34.
10. Щербаков А.В., Шатов С.А. Проблемы уголовно-правовой охраны безопасности гражданского персонала учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества. Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2008. № 5. С. 8-11.
11. Щербаков А.В., Григоряк А.В. Отдельные аспекты профилактики против преступлений, направленных на дезорганизацию деятельности исправительных учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества. Российский научный вестник. 2025. № 9. С. 192- 196.
12. Щербаков А.В., Ковалев О.Г. Психолого-педагогические и организационно-правовые аспекты речевой агрессии как фактора, дезорганизующего деятельность исправительных учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества. Ведомости уголовно-исполнительной системы. 2023. № 1 (248). С. 47-54.
13. Щербаков А.В., Григоряк А.В. Предупреждение противоправных действий осужденных: отдельные аспекты. В сборнике: Уголовно-исполнительная система: история и современность. Сборник материалов Межвузовской научно-практической конференции с международным участием. Псков. 2025. С. 387-389.

Скачать