Вопросы уголовного наказания и мер уголовно-правового характера, применяемые в отношении женщин

• КУНЦ Елена Владимировнаглавный научный сотрудник отдела разработки методологий исполнения наказаний, связанных с лишением свободы, и изучения пенитенциарной преступности центра исследования проблем обеспечения безопасности в учреждениях уголовно-исполнительной системы ФКУ НИИ ФСИН России, доктор юридических наук, профессор73kuntc@mail.ru
• ГОЛУБОВСКИЙ Владимир Юрьевичведущий научный сотрудник отдела по совершенствованию нормативно-правового регулирования деятельности центра изучения проблем управления и организации исполнения наказаний в уголовно-исполнительной системе ФКУ НИИ ФСИН России, доктор юридических наук, профессор63wladimir@mail.ru

Действующая система уголовных наказаний устанавливается в соответствии с требованиями уголовной и уголовно-исполнительной политики, в которых заложены основные правовые принципы. Не умаляя значимость принципов, следует отметить, что особое место при назначении и исполнении наказаний женщинам, отводится принципам гуманизма, справедливости и индивидуализации. Вносимые предложения направлены не только на улучшение положения женщин, в том числе в местах лишения свободы, но и на нейтрализацию причин преступного поведения, решать проблемы предупреждения преступлений в перспективе.

Ключевые слова: альтернативные наказания, женщина, исправительное учреждение, лишение свободы, преступление, принципы

.

Н

едостатки лишения свободы, как вида уголовного наказания, имеют существенные последствия для общества. В российском законодательстве не существует единообразного системного гендерного подхода к назначению и исполнению уголовных наказаний [1, с. 119]. Поэтому, при назначении наказания и иных мер уголовно-правового характера женщинам следует учитывать принцип целесообразной репрессивности, при котором разнообразные виды наказаний обеспечивают целесообразное воздействие на преступницу, чтобы, причиняя ей определенные чувствительные ограничения, не допустить излишних страданий или унижения его человеческого достоинства, что предполагает отказ законодателя от неопределенных, грубых, жесто¬ких, унижающих и позорящих наказаний, от длительных сро¬ков лишения свободы, веру в исправимость преступниц и необходимость воспитательного воздействия на осужденных.

Отражение данного принципа выражается в повышении эффективности использования имеющихся видов наказаний и иных мер уголовно-правового характера, введения альтернативных лишению свободы наказаний, расширению возможностей для их применения, включения принципиально новых мер уголовно-правового характера в отношении женщин, дифференцирования имеющихся видов исправительных учреждений, предусмотренных для отбывания наказания женщинами, проработки новых видов исправительных учреждений. Здесь проявляется прямая преемственность общеправового принципа гуманизма, заклю-чающегося в стремлении законодателя предусмотреть такие виды в системе наказаний, используя которые можно было бы наиболее эффективно оградить граждан от преступнос ¬ти и преступников.

В Послании Федеральному Собранию Президент Российской Федерации В.В. Путин отметил важность и значимость гуманизации исполнения уголовных наказаний: «Нам крайне важна гуманизация уголовного законодательства и системы наказаний. Сегодня за преступления небольшой и средней тяжести фактически следуют те же самые санкции, что и за тяжкие. Преступность от этого не уменьшается, а людитолько ожесточаются. Считаю, что применение наказаний, не связанных с лишением свободы – там, где, конечно, это обосновано, там, где есть основания для этого, – должно стать широкой судебной практикой» [2].

В 2025 году реальное лишение свободы было назначено лишь в отношении 26% осужденных, об этом заявил председатель Верховного Суда Российской Федерации Игорь Краснов в ходе совещания судей судов общей юрисдикции, арбитражных и военных судов Российской Федерации. Общий тренд на гуманизацию уголовного правосудия сохраняется. Из общего числа осужденных в 2025 году реальное лишение свободы назначено лишь в отношении 26% (125 тысяч), при этом 320 тысяч осуждены к иным альтернативным видам наказаний» [3]. В каждом случае следует учитывать смягчающие обстоятельства, возможность исправления без изоляции от общества. В проявлении человечности к оступившемуся и заключается реализация принципа милосердия в правосудии. Имеющийся уголовный и уголовно-исполнительный инструментарий в отношении осужденных пронизан гуманистическими началами [4, с. 111].

Несомненно, мероприятия по повышению качества жизни населения проводятся органами государственной власти, но все это не имеет какой-либо системности и вовлечении большого процента населения [5, с. 113] Следует отметить, что показатели применения альтернативного наказания обнадеживают, но все еще остаются недостаточно большими, что вызывает обеспокоенность, по поводу учащения случаев избрания меры пресечения, в виде домашнего ареста. Особое значение имеет неотвратимость наказания, а не его строгость [6].

Реализация альтернативных уголовному наказанию мер позволяет дифференцировать и индивидуализировать уголовную ответственность, минимизировать негативные последствия государственного принуждения в отношении лиц, совершивших преступления. Применение иных мер уголовно-правового характера позволяет избежать отдельных отрицательных факторов, с которыми женщина может столкнуться, отбывая тот или иной вид уголовного наказания и освободившись от него, например условия изоляции, психологический кризис, невозможность реализовывать в полном объеме конституционные права и законные интересы и ряд других моментов.

Принцип индивидуализации, который предполагает не только наличие в системе разнообразных видов наказаний и возможность их применения с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного и обстоятельств дела, смягчающих и отягчающих ответственность, но также действие наказания на конкретного преступника, персонально, с тем, чтобы причинять по возмож-ности меньше тягот близким ему лицам. Тем самым обеспе-чивается реализация такого отраслевого принципа советского уголовного права, как принцип личной ответственности только, виновного [7, с. 9].

Применительно к отсрочке отбывания наказания, следует отметить, что данный институт является реализацией принципа гуманизма, при котором государство проявляет заботу о женщинах, малолетних детях, одиноких родителях, создавая возможности сохранения семьи, обеспечения малолетним надлежащего родительского ухода и воспитания [8, с. 10].

Серьезным недостатком в этом деле является, к сожалению, все еще имеющий место различный подход к этой проблеме учреждений уголовно-исполнительной системы и иных учреждений и организаций [9, с. 137].

Таким образом, разнообразие видов наказания и наличие существенных различий между ними в настоящее время указывает на необходимость расширения возможности применения предусмотренных уголовным законом мер уголовно-правового характера в отношении субъектов, к которым на данный момент не могут быть избраны указанные меры, а также расширить основания их применения.

Заслуживает внимание позиция ученых, которые предлагают включить в действующее законодательство принципиально новые меры уголовно-правого характера. Важно изучить зарубежный опыт, который представляет научный и практический интерес и может быть адаптирован к действующему законодательству, отвечать потребностям уголовной и уголовно-исполнительной политики.

Список литературы

1. Голубовский В. Ю. Роль Конституции Российской Федерации в процессе преобразования уголовного и уголовно-исполнительного законодательства // Уголовно-исполнительная система: законодательство, теория и практика: Материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием, посвященной памяти российского ученого-пенитенциариста заслуженного юриста Российской Федерации доктора юридических наук, профессора О.В. Филимонова. В 2-х частях, Самара, 19–20 июня 2025 года. – Самара: Самарский юридический институт ФСИН России, 2025. – С. 118-121.
2. Послание Президента Российской Федерации В. В. Путина Федеральному Собранию Российской Федерации. URL: http://www.consultant. ru/document/cons_doc_LAW_36339/
3. ВС: за 2025 год только четверть осужденных была приговорена к лишению. URL: свободы // https://rapsinews.ru/judicial_news/ 20260219/311612879. html?ysclid=mluet4kszk892946469
4. Кунц Е. В. Гуманизм в режиме исполнения (отбывания) уголовного наказания // Петербургские пенитенциарные конференции: материалы комплекса международной научно-практической конференции, Санкт-Петербург, 15–16 мая 2025 года. – Санкт-Петербург: Федеральное казенное образовательное учреждение высшего образования «Санкт-Петербургский университет Федеральной службы исполнения наказаний», 2025. – С. 111-112.
5. Голубовский В. Ю. Социальная адаптация лиц, осужденных за рецидив, и их подготовка к освобождению // Уголовно-исполнительная система Российской Федерации: вопросы исполнения уголовных наказаний, реализации мер пробации, взаимодействия с публичной властью и институтами гражданского общества: сборник тезисов выступлений и докладов участников Международной научно-практической конференции, приуроченной к 90-летию со дня образования Академии ФСИН России, Рязань, 31 октября – 01 ноября 2024 года. Рязань: Академия права и управления Федеральной службы исполнения наказаний, 2024. С. 111-114.
6. Владимир Путин поручил контролировать заключение под стражу лиц по «экономическим» преступлениям. URL:https://www.advgazeta. ru/novosti/vladimir-putin-poruchil-kontrolirovatzaklyuchenie-pod-strazhu-lits-po-ekonomicheskimprestupleniyam /?ysclid=mluf7sxxau583804544
7. Багрий-Шахматов, Л.В. Теоретические проблемы классификации уголовных наказаний / Л. В. Багрий-Шахматов, В. И. Гуськов. - Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1971. - 108 с.
8. Бриллиантов А.В. Отсрочка отбывания наказания: вопросы теории и практики // Уголовное право. 2019. № 2. С. 10 – 16.
9. Кунц Е. В. Исправление осужденных как условие предупреждения рецидива // Пенитенциарная система России в современных условиях развития общества: от парадигмы наказания к исправлению и ресоциализации: Сборник материалов международной научно-практической конференции. В 2-х частях, Вологда, 05–06 декабря 2024 года. – Вологда: Вологодский институт права и экономики ФСИН России, 2025. – С. 135- 139.

Скачать