Правовые принципы использования диалоговых интеллектуальных систем в юридических клиниках образовательных организаций ФСИН России

• ЦАРЬКОВА Евгения Геннадьевнаведущий научный сотрудник ФКУ НИИ ФСИН России, кандидат физико-математических наукuniversity69@mail.ru

Юридические клиники образовательных организаций ФСИН России выступают одним из ключевых инструментов, позволяющих одновременно расширять доступ к бесплатной юридической помощи для осужденных, их родственников, сотрудников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (УИС) и формировать кадровый резерв пенитенциарного ведомства за счет практико-ориентированной подготовки курсантов-клиницистов. Внедрение диалоговых интеллектуальных систем в формате чат-ботов с искусственным интеллектом значительно повышает пропускную способность таких клиник, обеспечивая круглосуточный первичный прием обращений, автоматизацию сбора исходных данных, маршрутизацию запросов и выравнивание базового уровня информирования по типовым вопросам. Вместе с тем интеграция диалоговых систем в контур бесплатной юридической помощи ФСИН России сопровождается высокой правовой значимостью принимаемых решений и риском причинения существенного вреда правам обращающихся при ошибках алгоритма. В статье обосновывается система правовых принципов использования диалоговых интеллектуальных систем в юридических клиниках ведомственных образовательных организаций, включая принципы субсидиарности алгоритмических решений по отношению к человеческому консультированию, сохранения человеческого фактора в критически значимых точках траектории обращения, алгоритмической прозрачности и информированного согласия, конфиденциальности и усиленной защиты персональных данных, распределенной ответственности участников процесса, предметной ограниченности и риск-ориентированного распределения функций, а также верифицируемости и аудируемости алгоритмического участия. Показано, что закрепление этих принципов на уровне ведомственных актов позволяет совместить преимущества цифровизации деятельности юридических клиник ФСИН России с сохранением правовых гарантий прав осужденных, их родственников и сотрудников УИС. Ключевые слова: искусственный интеллект, уголовно-исполнительная система Российской Федерации, искусственный интеллект, диалоговая интеллектуальная система, юридическая клиника, бесплатная юридическая помощь, алгоритмическая прозрачность. TSARKOVA Evgeniya Gennadievna, Senior Researcher of the Research Institute of the Federal Penitentiary Service of Russia, Candidate of Physico-mathematical Sciences LEGAL PRINCIPLES FOR THE USE OF DIALOGUE-BASED INTELLIGENT SYSTEMS IN THE LEGAL CLINICS OF EDUCATIONAL INSTITUTIONS OF THE FEDERAL PENITENTIARY SERVICE OF RUSSIA Annotation. Legal clinics operating within the educational institutions of the Federal Penitentiary Service of Russia serve as one of the key instruments that simultaneously expand access to free legal assistance for convicts, their relatives, employees of the Russian Penal System, and build a personnel reserve for the penitentiary agency through practice-oriented training of cadet clinicians. The introduction of dialogue-based intelligent systems in the form of AI-powered chatbots significantly increases the throughput of such clinics, providing round‑the‑clock primary intake of appeals, automating the collection of initial data, routing queries, and standardizing the basic level of information provided on standard issues. At the same time, the integration of dialogue-based systems into the framework of free legal assistance provided by the Penal System is accompanied by a high legal significance of the decisions made and the risk of causing substantial harm to the rights of applicants in the event of algorithmic errors. The article substantiates a system of legal principles for the use of dialogue-based intelligent systems in the legal clinics of departmental educational institutions, including the principles of: subsidiarity of algorithmic decisions in relation to human counselling; preservation of the human factor at critically important points in the applicant’s journey; algorithmic transparency and informed consent; confidentiality and enhanced protection of personal data; distributed responsibility of the participants in the process; subject‑matter limitations and risk‑based allocation of functions; as well as verifiability and auditability of algorithmic participation. It is shown that enshrining these principles at the level of departmental regulations makes it possible to combine the advantages of digitalizing the activities of the Penal Systems legal clinics while preserving the legal guarantees of the rights of convicts, their relatives, and employees. Key words: artificial intelligence, Penal System of the Russian Federation, dialogue-based intelligent system, legal clinic, free legal assistance, algorithmic transparency. Юридические клиники образовательных организаций ФСИН России в последние годы закрепляются как устойчивый институт, который одновременно поддерживает кадровый потенциал уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (УИС) и расширяет доступ к бесплатной юридической помощи для осужденных, их родственников и сотрудников. На практике клиники берут на себя значительную часть обращений, которые иначе ложились бы на подразделения, отвечающие за рассмотрение жалоб и заявлений, при этом обеспечивают студентам-клиницистам возможность работать с реальными случаями под контролем кураторов [1, С.10]. Для ведомственной системы правоприменения такая конфигурация дает эффект «двойного дивиденда»: образовательные задачи решаются на материале конкретных дел, а нагрузка на штатных юристов снижается без ухудшения доступности помощи. Диалоговые интеллектуальные системы в формате чат-ботов с искусственным интеллектом способны усилить этот потенциал, поскольку позволяют организовать круглосуточный первичный прием обращений, автоматизировать сбор исходных данных и маршрутизацию запросов, а также выравнивать базовый уровень информирования по типовым вопросам [2, С.242]. В условиях, когда контингент осужденных и лиц, состоящих на учете уголовно-исполнительных инспекций, исчисляется сотнями тысяч, даже частичная автоматизация справочных и организационных операций дает заметный эффект для управляемости системы. Однако именно здесь возникает основная исследовательская проблема: диалоговая система оказывается встроенной в контур бесплатной юридической помощи, где любая ошибка консультации способна трансформироваться в пропуск процессуальных сроков, неверный выбор адресата жалобы или недоиспользование предоставленных законом гарантий. В этой связи требуется не просто технико-организационный регламент использования чат-ботов, а стройная система правовых принципов, определяющих пределы допустимой автоматизации, распределение ответственности и режим защиты информации. Такая система должна учитывать трехаспектную природу юридической клиники ФСИН России: образовательную, правозащитную и информационно-технологическую. Именно при одновременном учете всех трех измерений возможно избежать ситуаций, когда диалоговая система либо фактически подменяет собой курсанта-клинициста и преподавателя-куратора, либо, напротив, превращается во второстепенный интерфейс, не дающий реального эффекта для доступности помощи. Ключевое место в предлагаемой системе занимает принцип субсидиарности диалоговой интеллектуальной системы по отношению к человеческому участию [3, С.330]. Он предполагает, что алгоритм реализует вспомогательные функции: организует запись на прием, фиксирует и структурирует исходные сведения, информирует о порядке обращения, формирует перечень необходимых документов и типовых шаблонов. Основная же деятельность, связанная с оценкой фактических обстоятельств конкретного дела, сопоставлением их с нормами права и формированием окончательной позиции, остается в зоне ответственности курсанта-клинициста и куратора. Тем самым диалоговая система не признается субъектом юридического суждения; она выступает инструментом, который подготавливает материал для решения, но не подменяет его. С этим напрямую связан принцип сохранения человеческого фактора в критически значимых точках траектории обращения. Даже там, где диалоговая система предлагает пользователю варианты ответов и выводов, требуется обязательный контроль человеком в делах, затрагивающих свободу, правовой статус или существенные социальные права заявителя [4, С.182]. Такой контроль может быть реализован в форме обязательного просмотра черновиков консультаций, автоматических триггеров передачи дела куратору при выявлении определенных ключевых слов или категорий, а также через организацию отдельных каналов «ускоренной» связи с человеком для высокорисковых ситуаций. Важно не только формально закрепить, что «окончательное решение принимает человек», но и спроектировать процесс так, чтобы это участие было реальным по времени и содержанию, а не сводилось к штампованию заранее подготовленных алгоритмом текстов. Алгоритмическая прозрачность и информированное согласие образуют следующую группу принципов. В контексте юридических клиник ФСИН России это означает, что каждый пользователь должен с самого начала получать недвусмысленное уведомление о том, что взаимодействует с диалоговой системой, а не с живым консультантом, и что часть операций (прием, структурирование, поиск нормативных материалов) выполняется автоматически [5, С.377]. Прозрачность предполагает, что система не маскирует свою природу, а интерфейс ясно показывает, когда ответ сформирован алгоритмом, а когда – отредактирован курсантом или куратором. Для правового режима это имеет два следствия. Во‑первых, информированное согласие пользователя фиксирует, что он осознает участие алгоритма в обработке его обращения. Во‑вторых, появление такой информации в интерфейсе создает дополнительный стимул для аккуратной формулировки ответов: студентклиницист и куратор знают, что при разборе спорных ситуаций можно будет восстановить, какая часть текста принадлежит системе, а какая – человеку. Далее важен учет принципа алгоритмической прозрачности, включая и требование объяснимости. Даже если диалоговая система работает в справочном режиме, ее ответы должны сопровождаться указанием правовых оснований: ссылками на статьи законов, подзаконные акты, ведомственные приказы или иные источники, которыми она оперирует. Такая объяснимость позволяет клиницисту и куратору проверять корректность реакции системы и при необходимости корректировать ее ответы до передачи заявителю. Для пользователя наличие ссылок и пояснений делает понятной логику рекомендации и позволяет при возникновении сомнений обратиться к человеку с конкретизированным вопросом, а не с абстрактным недоверием к «машине». Особое значение в пенитенциарном контексте приобретает принцип конфиденциальности и усиленной защиты персональных данных. Юридические клиники ФСИН России по определению работают с информацией повышенной чувствительности: это сведения о судимости, мерах наказания, дисциплинарных взысканиях, медицинском состоянии, семейных обстоятельствах, служебном статусе сотрудников и др. Диалоговая система, обслуживающая такие клиники, не может быть построена по модели открытых облачных сервисов, куда данные загружаются без строгого контроля за местом и режимом их хранения. Принцип конфиденциальности в данном случае требует, чтобы архитектура системы исходно проектировалась в соответствии с режимами, установленными для обработки персональных данных и иной охраняемой законом информации в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации. Усиленная защита персональных данных означает, что диалоговая система должна собирать только тот объем информации, который необходим для выполнения конкретной функции; хранить данные в пределах строго ограниченных сроков и контуров; обеспечивать разграничение доступа к логам диалогов в зависимости от роли пользователей (курсант, куратор, администратор, сотрудник ФСИН России). Важным элементом является отказ от автоматического использования массивов обращений для обучения внешних моделей, если такая практика не закреплена отдельными нормативными актами и не сопровождается гарантированным обезличиванием. Здесь правовой принцип напрямую ограничивает технологические сценарии: недопустимо жертвовать режимом защиты данных ради повышения «качества» модели, если это приводит к утрате контроля над судьбой информации о конкретных осужденных или сотрудниках. Распределение ответственности между участниками процесса образует еще один обязательный блок правовых принципов. Диалоговая система в юридической клинике – это не только программный продукт, но и часть организационной инфраструктуры, где взаимодействуют разработчики, операторы, курсанты, кураторы и, в конечном счете, заявители. Принцип распределенной ответственности требует четкого описания, за какие элементы процесса отвечает каждый субъект. Разработчик отвечает за корректность реализации заявленных функций, устойчивость модели, отсутствие заведомо дискриминационных сценариев, наличие механизма логирования и ограничения генерации. Оператор клиники (как правило, образовательная организация) отвечает за правомерность выбора решений, заключения договоров, разработку локальных нормативных актов, организацию обучения пользователей и контроль за соблюдением процедур. Курсантыклиницисты, используя диалоговую систему как инструмент, несут ответственность за содержательную часть консультации перед куратором и самой клиникой. Их участие не сводится к слепому копированию предложений алгоритма; наоборот, принцип распределенной ответственности предполагает, что курсант критически осмысляет предложенный системой материал и принимает решение о том, в какой мере использовать его при составлении ответа. Кураторы несут ответственность за итоговую позицию по делу, особенно если консультирование касается высокорисковых вопросов, связанных с ограничением прав и свобод. Такая конфигурация позволяет избежать двух крайностей: полного снятия ответственности с разработчиков за поведение системы и превращения курсантов и кураторов в формальных «подписантов» текстов, созданных алгоритмом. Принцип предметной ограниченности и риск‑ориентированного распределения функций конкретизирует общее требование субсидиарности и конфиденциальности. Он исходит из того, что не все виды деятельности юридической клиники одинаково пригодны для автоматизации. В приемно-навигационном контуре диалоговая система может осуществлять запись на консультацию, информировать о графике работы, собирать базовые сведения о заявителе и характере его вопроса, проверять комплектность документов, уведомлять о стадиях рассмотрения обращения. Риски ошибок в этом контуре минимальны, а выгоды от автоматизации значительны. В учебно-аналитическом контуре диалоговая система используется для персонализации обучения клиницистов, выявления возможных пробелов в знаниях, моделирования ситуаций, с которыми они могут столкнуться в реальной практике. Здесь система работает в закрытой среде, без прямого взаимодействия с осужденными и сотрудниками, и служит инструментом формирования профессиональных компетенций. В справочнопоисковом контуре диалоговая система помогает курсантам и кураторам находить актуальные нормативные акты, судебные решения, разъяснения органов государственной власти и ведомственные приказы, относящиеся к рассматриваемому вопросу. При этом окончательный выбор норм и их интерпретация остаются за человеком. Высокорисковым контуром является индивидуальное консультирование по вопросам, непосредственно влияющим на правовой статус и процессуальные права осужденных и сотрудников, который при отсутствии специального отраслевого регулирования должен оставаться в зоне человеческого решения. Диалоговая система может подготовить черновой вариант обращения, жалобы или ходатайства, но не должна без проверки куратором доводить такие документы до заявителя как окончательные. Принцип риск‑ориентированности таким образом закрепляет различие между зонами, где автоматизация допустима и полезна, и зонами, где любое смещение акцента в сторону алгоритма создает непропорциональные юридические риски. Принципы верифицируемости и аудируемости алгоритмического участия замыкают предложенную систему. Их содержание состоит в том, что каждое значимое действие диалоговой системы, включая формирование ответа, изменение статуса обращения, передача дела человеку, должно фиксироваться в журнале, доступном для последующего анализа. Логирование обеспечивает возможность восстановить последовательность шагов, определить, на каком этапе возникла ошибка, и тем самым корректно распределить ответственность между участниками процесса. Для юридических клиник ФСИН России это особенно важно, поскольку жалобы на качество консультаций могут рассматриваться как внутри системы, так и внешними органами контроля. Аудируемость предполагает наличие процедур как внутреннего, так и внешнего контроля за функционированием диалоговой системы. Внутренние проверки позволяют выявлять системные дефекты в базе знаний, логике маршрутизации и сценариях ответов, а также оценивать, насколько студенты и кураторы соблюдают требования к использованию системы. Внешний аудит, проводимый при необходимости надзорными или судебными органами, должен иметь доступ к достаточному объему данных для оценки правомерности применения алгоритмов, но при этом не нарушать режим защиты персональных данных. Баланс между этими требованиями достигается через продуманное разграничение уровней доступа и режимов хранения информации. Предложенная система правовых принципов задает каркас, на основе которого могут разрабатываться ведомственные положения о применении диалоговых интеллектуальных систем в юридических клиниках образовательных организаций ФСИН России. На уровне нормативных актов она может быть материализована в виде положения о функциях и пределах применения диалоговой системы, регламента обработки и защиты данных, матрицы распределения ответственности и процедур аудита. При реализации такой модели диалоговые ИИ-системы перестают быть экспериментальным инструментом и превращаются в устойчивый элемент института юридических клиник, при котором расширение доступности помощи и повышение управляемости процессов не ведут к размыванию правовых гарантий для осужденных, их родственников и сотрудников УИС. Список литературы: [1] Akimbekova S.A., Moroz S.P. Юридическая клиника как фактор повышения качества высшего юридического образования // Научные труды Əділет. 2025. № 2. P. 9-17. [2] Ковалев С.Д. Перспективы использования искусственного интеллекта в исправительных учреждениях ФСИН России // Аграрное и земельное право. 2025, № 1. С. 241- 243. [3] Пекарева В.В., Фроловская Ю.И. Искусственный интеллект в уголовно-исполнительной системе // Право и государство: теория и практика. 2024, № 10. С. 329-331. [4] Забайкалов А.П. О регламенте Европейского Союза об искусственном интеллекте // Духовно-нравственные ценности как основа технологического суверенитета России: Материалы XVIII Всероссийской научно-практической конференции, Липецк, 24 апреля 2024 г. – Воронеж: Наука-Юнипресс, 2024. С. 181-185. [5] Царькова Е.Г., Бодров Е.Н. К вопросу формирования цифровой культуры в процессе профессиональной подготовки сотрудников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации // Евразийский юридический журнал. 2023. № 3(178). С. 377-379. References: [1] Akimbekova S.A., Moroz S.P. Law Clinic as a factor in improving the quality of higher legal education//Scientific works Ə years. 2025. № 2. P. 9-17. [2] Kovalev S.D. Prospects for the use of artificial intelligence in correctional institutions of the Federal Penitentiary Service of Russia//Agrarian and land law. 2025, № 1. S. 241-243. [3] Pekareva V.V., Frolovskaya Yu.I. Artificial intelligence in the penal system//Law and the state: theory and practice. 2024, № 10. S. 329-331. [4] Zabaykalov A.P. On the regulations of the European Union on artificial intelligence//Spiritual and moral values as the basis of the technological sovereignty of Russia: Materials of the XVIII All- Russian Scientific and Practical Conference, Lipetsk, April 24, 2024 - Voronezh: Nauka-Unipress, 2024. S. 181-185. [5] Tsarkova E.G., Bodrov E.N. On the formation of digital culture in the process of training employees of the penitentiary system of the Russian Federation//Eurasian Legal Journal. 2023. № 3(178). S. 377-379.

Ключевые слова: искусственный интеллект, уголовно-исполнительная система Российской Федерации, искусственный интеллект, диалоговая интеллектуальная система, юридическая клиника, бесплатная юридическая помощь, алгоритмическая прозрачность. Юридические клиники образовательных организаций ФСИН России в последние годы закрепляются как устойчивый институт, который одновременно поддерживает кадровый потенциал уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (УИС) и расширяет доступ к бесплатной юридической помощи для осужденных, их родственников и сотрудников. На практике клиники берут на себя значительную часть обращений, которые иначе ложились бы на подразделения, отвечающие за рассмотрение жалоб и заявлений, при этом обеспечивают студентам-клиницистам возможность работать с реальными случаями под контролем кураторов [1, С.10]. Для ведомственной системы правоприменения такая конфигурация дает эффект «двойного дивиденда»: образовательные задачи решаются на материале конкретных дел, а нагрузка на штатных юристов снижается без ухудшения доступности помощи.

Диалоговые интеллектуальные системы в формате чат-ботов с искусственным интеллектом способны усилить этот потенциал, поскольку позволяют организовать круглосуточный первичный прием обращений, автоматизировать сбор исходных данных и маршрутизацию запросов, а также выравнивать базовый уровень информирования по типовым вопросам [2, С.242]. В условиях, когда контингент осужденных и лиц, состоящих на учете уголовно-исполнительных инспекций, исчисляется сотнями тысяч, даже частичная автоматизация справочных и организационных операций дает заметный эффект для управляемости системы. Однако именно здесь возникает основная исследовательская проблема: диалоговая система оказывается встроенной в контур бесплатной юридической помощи, где любая ошибка консультации способна трансформироваться в пропуск процессуальных сроков, неверный выбор адресата жалобы или недоиспользование предоставленных законом гарантий. В этой связи требуется не просто технико-организационный регламент использования чат-ботов, а стройная система правовых принципов, определяющих пределы допустимой автоматизации, распределение ответственности и режим защиты информации. Такая система должна учитывать трехаспектную природу юридической клиники ФСИН России: образовательную, правозащитную и информационно-технологическую. Именно при одновременном учете всех трех измерений возможно избежать ситуаций, когда диалоговая система либо фактически подменяет собой курсанта-клинициста и преподавателя-куратора, либо, напротив, превращается во второстепенный интерфейс, не дающий реального эффекта для доступности помощи.

Ключевое место в предлагаемой системе занимает принцип субсидиарности диалоговой интеллектуальной системы по отношению к человеческому участию [3, С.330]. Он предполагает, что алгоритм реализует вспомогательные функции: организует запись на прием, фиксирует и структурирует исходные сведения, информирует о порядке обращения, формирует перечень необходимых документов и типовых шаблонов. Основная же деятельность, связанная с оценкой фактических обстоятельств конкретного дела, сопоставлением их с нормами права и формированием окончательной позиции, остается в зоне ответственности курсанта-клинициста и куратора. Тем самым диалоговая система не признается субъектом юридического суждения; она выступает инструментом, который подготавливает материал для решения, но не подменяет его. С этим напрямую связан принцип сохранения человеческого фактора в критически значимых точках траектории обращения.

Даже там, где диалоговая система предлагает пользователю варианты ответов и выводов, требуется обязательный контроль человеком в делах, затрагивающих свободу, правовой статус или существенные социальные права заявителя [4, С.182]. Такой контроль может быть реализован в форме обязательного просмотра черновиков консультаций, автоматических триггеров передачи дела куратору при выявлении определенных ключевых слов или категорий, а также через организацию отдельных каналов «ускоренной» связи с человеком для высокорисковых ситуаций.

Важно не только формально закрепить, что «окончательное решение принимает человек», но и спроектировать процесс так, чтобы это участие было реальным по времени и содержанию, а не сводилось к штампованию заранее подготовленных алгоритмом текстов.

Алгоритмическая прозрачность и информированное согласие образуют следующую группу принципов. В контексте юридических клиник ФСИН России это означает, что каждый пользователь должен с самого начала получать недвусмысленное уведомление о том, что взаимодействует с диалоговой системой, а не с живым консультантом, и что часть операций (прием, структурирование, поиск нормативных материалов) выполняется автоматически [5, С.377]. Прозрачность предполагает, что система не маскирует свою природу, а интерфейс ясно показывает, когда ответ сформирован алгоритмом, а когда – отредактирован курсантом или куратором. Для правового режима это имеет два следствия. Во‑первых, информированное согласие пользователя фиксирует, что он осознает участие алгоритма в обработке его обращения. Во‑вторых, появление такой информации в интерфейсе создает дополнительный стимул для аккуратной формулировки ответов: студентклиницист и куратор знают, что при разборе спорных ситуаций можно будет восстановить, какая часть текста принадлежит системе, а какая – человеку.

Далее важен учет принципа

алгоритмической прозрачности, включая и требование объяснимости. Даже если диалоговая система работает в справочном режиме, ее ответы должны сопровождаться указанием правовых оснований: ссылками на статьи законов, подзаконные акты, ведомственные приказы или иные источники, которыми она оперирует. Такая объяснимость позволяет клиницисту и куратору проверять корректность реакции системы и при необходимости корректировать ее ответы до передачи заявителю. Для пользователя наличие ссылок и пояснений делает понятной логику рекомендации и позволяет при возникновении сомнений обратиться к человеку с конкретизированным вопросом, а не с абстрактным недоверием к «машине».

Особое значение в пенитенциарном контексте приобретает принцип конфиденциальности и усиленной защиты персональных данных. Юридические клиники ФСИН России по определению работают с информацией повышенной чувствительности:

это сведения о судимости, мерах наказания, дисциплинарных взысканиях, медицинском состоянии, семейных обстоятельствах, служебном статусе сотрудников и др. Диалоговая система, обслуживающая такие клиники, не может быть построена по модели открытых облачных сервисов, куда данные загружаются без строгого контроля за местом и режимом их хранения. Принцип конфиденциальности в данном случае требует, чтобы архитектура системы исходно проектировалась в соответствии с режимами, установленными для обработки персональных данных и иной охраняемой законом информации в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации.

Усиленная защита персональных данных означает, что диалоговая система должна собирать только тот объем информации, который необходим для выполнения конкретной функции; хранить данные в пределах строго ограниченных сроков и контуров; обеспечивать разграничение доступа к логам диалогов в зависимости от роли пользователей (курсант, куратор, администратор, сотрудник ФСИН России). Важным элементом является отказ от автоматического использования массивов обращений для обучения внешних моделей, если такая практика не закреплена отдельными нормативными актами и не сопровождается гарантированным обезличиванием. Здесь правовой принцип напрямую ограничивает технологические сценарии: недопустимо жертвовать режимом защиты данных ради повышения «качества» модели, если это приводит к утрате контроля над судьбой информации о конкретных осужденных или сотрудниках.

Распределение ответственности между участниками процесса образует еще один обязательный блок правовых принципов.

Диалоговая система в юридической клинике – это не только программный продукт, но и часть организационной инфраструктуры, где взаимодействуют разработчики, операторы, курсанты, кураторы и, в конечном счете, заявители. Принцип распределенной ответственности требует четкого описания, за какие элементы процесса отвечает каждый субъект. Разработчик отвечает за корректность реализации заявленных функций, устойчивость модели, отсутствие заведомо дискриминационных сценариев, наличие механизма логирования и ограничения генерации. Оператор клиники (как правило, образовательная организация) отвечает за правомерность выбора решений, заключения договоров, разработку локальных нормативных актов, организацию обучения пользователей и контроль за соблюдением процедур. Курсантыклиницисты, используя диалоговую систему как инструмент, несут ответственность за содержательную часть консультации перед куратором и самой клиникой. Их участие не сводится к слепому копированию предложений алгоритма; наоборот, принцип распределенной ответственности предполагает, что курсант критически осмысляет предложенный системой материал и принимает решение о том, в какой мере использовать его при составлении ответа. Кураторы несут ответственность за итоговую позицию по делу, особенно если консультирование касается высокорисковых вопросов, связанных с ограничением прав и свобод. Такая конфигурация позволяет избежать двух крайностей: полного снятия ответственности с разработчиков за поведение системы и превращения курсантов и кураторов в формальных «подписантов» текстов, созданных алгоритмом.

Принцип предметной ограниченности и риск‑ориентированного распределения функций конкретизирует общее требование субсидиарности и конфиденциальности. Он исходит из того, что не все виды деятельности юридической клиники одинаково пригодны для автоматизации. В приемно-навигационном контуре диалоговая система может осуществлять запись на консультацию, информировать о графике работы, собирать базовые сведения о заявителе и характере его вопроса, проверять комплектность документов, уведомлять о стадиях рассмотрения обращения. Риски ошибок в этом контуре минимальны, а выгоды от автоматизации значительны.

В учебно-аналитическом контуре диалоговая система используется для персонализации обучения клиницистов, выявления возможных пробелов в знаниях, моделирования ситуаций, с которыми они могут столкнуться в реальной практике. Здесь система работает в закрытой среде, без прямого взаимодействия с осужденными и сотрудниками, и служит инструментом формирования профессиональных компетенций. В справочнопоисковом контуре диалоговая система помогает курсантам и кураторам находить актуальные нормативные акты, судебные решения, разъяснения органов государственной власти и ведомственные приказы, относящиеся к рассматриваемому вопросу. При этом окончательный выбор норм и их интерпретация остаются за человеком.

Высокорисковым контуром является индивидуальное консультирование по вопросам, непосредственно влияющим на правовой статус и процессуальные права осужденных и сотрудников, который при отсутствии специального отраслевого регулирования должен оставаться в зоне человеческого решения.

Диалоговая система может подготовить черновой вариант обращения, жалобы или ходатайства, но не должна без проверки куратором доводить такие документы до заявителя как окончательные. Принцип риск‑ориентированности таким образом закрепляет различие между зонами, где автоматизация допустима и полезна, и зонами, где любое смещение акцента в сторону алгоритма создает непропорциональные юридические риски.

Принципы верифицируемости и аудируемости алгоритмического участия замыкают предложенную систему. Их содержание состоит в том, что каждое значимое действие диалоговой системы, включая формирование ответа, изменение статуса обращения, передача дела человеку, должно фиксироваться в журнале, доступном для последующего анализа. Логирование обеспечивает возможность восстановить последовательность шагов, определить, на каком этапе возникла ошибка, и тем самым корректно распределить ответственность между участниками процесса. Для юридических клиник ФСИН России это особенно важно, поскольку жалобы на качество консультаций могут рассматриваться как внутри системы, так и внешними органами контроля. Аудируемость предполагает наличие процедур как внутреннего, так и внешнего контроля за функционированием диалоговой системы.

Внутренние проверки позволяют выявлять системные дефекты в базе знаний, логике маршрутизации и сценариях ответов, а также оценивать, насколько студенты и кураторы соблюдают требования к использованию системы. Внешний аудит, проводимый при необходимости надзорными или судебными органами, должен иметь доступ к достаточному объему данных для оценки правомерности применения алгоритмов, но при этом не нарушать режим защиты персональных данных. Баланс между этими требованиями достигается через продуманное разграничение уровней доступа и режимов хранения информации.

Предложенная система правовых принципов задает каркас, на основе которого могут разрабатываться ведомственные положения о применении диалоговых интеллектуальных систем в юридических клиниках образовательных организаций ФСИН России.

На уровне нормативных актов она может быть материализована в виде положения о функциях и пределах применения диалоговой системы, регламента обработки и защиты данных, матрицы распределения ответственности и процедур аудита. При реализации такой модели диалоговые ИИ-системы перестают быть экспериментальным инструментом и превращаются в устойчивый элемент института юридических клиник, при котором расширение доступности помощи и повышение управляемости процессов не ведут к размыванию правовых гарантий для осужденных, их родственников и сотрудников УИС.

Список литературы

1. Akimbekova S.A., Moroz S.P. Юридическая клиника как фактор повышения качества высшего юридического образования // Научные труды Əділет. 2025. № 2. P. 9-17.
2. Ковалев С.Д. Перспективы использования искусственного интеллекта в исправительных учреждениях ФСИН России // Аграрное и земельное право. 2025, № 1. С. 241- 243.
3. Пекарева В.В., Фроловская Ю.И. Искусственный интеллект в уголовно-исполнительной системе // Право и государство: теория и практика. 2024, № 10. С. 329-331.
4. Забайкалов А.П. О регламенте Европейского Союза об искусственном интеллекте // Духовно-нравственные ценности как основа технологического суверенитета России: Материалы XVIII Всероссийской научно-практической конференции, Липецк, 24 апреля 2024 г. – Воронеж: Наука-Юнипресс, 2024. С. 181-185.
5. Царькова Е.Г., Бодров Е.Н. К вопросу формирования цифровой культуры в процессе профессиональной подготовки сотрудников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации // Евразийский юридический журнал. 2023. № 3(178). С. 377-379.

Скачать