Дифференциация сроков проведения первоначальных розыскных мероприятий: проблемы единообразия правоприменительной практики

Процесс исполнения наказаний, не связанных с лишением свободы, весьма сложный, так как специфика реализации не предусматривает изоляцию от общества, у осужденного имеется большой спектр возможностей по уклонению от отбывания наказания, одним из которых является скрытие от контроля уголовно-исполнительных инспекциях [1, с. 108] (далее - УИИ).

В соответствии с Положением об УИИ, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июня 1997 г. № 729, к компетенции УИИ отнесена организация и осуществление первоначальных розыскных мероприятий в отношении отдельных категорий осужденных, не связанных с изоляцией от общества. В их числе — лица, осужденные условно, осужденные, которым предоставлена отсрочка отбывания наказания, а также граждане, приговоренные к исправительным работам [5]. Вместе с тем, анализ норм уголовно-исполнительного законодательства свидетельствует о наличии более дифференцированного перечня категорий осужденных, в отношении которых уполномоченные органы вправе инициировать проведение первоначальных розыскных мероприятий (далее – ПРМ). К таковым, в частности, относятся лица, осужденные к обязательным работам, исправительным работам, ограничению свободы, а также условно осужденные граждане и осужденные, которым предоставлена отсрочка отбывания наказания [6]. Основанием для реализации соответствующих розыскных полномочий уголовно-исполнительной инспекции выступает установленный факт уклонения указанных лиц от установленного судом контроля, что требует своевременного реагирования в целях обеспечения исполнения назначенного наказания и предотвращения дальнейшей криминализации их поведения.

Как отмечается в юридической литературе, суть проведения ПРМ заключается в осуществлении комплекса мероприятий, проводимых сотрудниками инспекции, направленных на установление местонахождения осужденного, уклоняющегося от контроля УИИ и отбывания наказания или меры уголовно-правового характера без изоляции от общества [2, с. 184].

Содержательная сторона первоначальных розыскных мероприятий, реализуемых сотрудниками УИИ, характеризуется комплексным алгоритмом действий, направленных на установление местонахождения осужденного. В рамках данного процесса уполномоченные должностные лица осуществляют следующие мероприятия:

Обследование места жительства и опрос окружения: производится посещение места проживания осужденного с целью опроса родственников, соседей и иных лиц, которые могут располагать сведениями о его вероятном местонахождении.

Работа с социальными связями:

осуществляется опрос граждан, поддерживающих отношения с осужденным. Контактные данные указанных лиц устанавливаются в ходе первоначальной постановки на учет и профилактических бесед (в случае отсутствия разъяснений порядка отбывания наказания). Кроме того, при наличии соответствующих данных, опрашиваются соучастники по уголовному делу. Запросы по месту трудовой и учебной деятельности: проводится опрос должностных лиц и сотрудников организаций, где осужденный ранее работал или обучался, для получения информации о его возможном местонахождении. Взаимодействие с органами внутренних дел (далее - ОВД): направляется обращение в территориальный орган ОВД по месту жительства осужденного для оказания содействия в установлении его адреса пребывания.

Информирование специализированных подразделений: подразделение розыска территориального органа ФСИН России уведомляется об инициировании первоначальных мероприятий в отношении конкретного осужденного.

Проверка по ведомственным учетам:

реализуется проверка информации по учетам учреждений, подведомственных ФСИН России, а также по информационным центрам ОВД.

Межведомственные запросы:

направляются официальные запросы в адресно- справочные бюро, органы ЗАГС, медицинские учреждения (по месту возможного нахождения осужденного), а также в военные комиссариаты (в отношении лиц, состоявших на воинском учете или достигших призывного возраста).

Изучение материалов судебного производства: осуществляется анализ материалов уголовного дела в суде для выявления сведений, недостающих для эффективного розыска.

Мониторинг уголовного преследования:

посредством запросов или каналов межведомственного взаимодействия устанавливается информация о возбуждении новых уголовных дел в отношении разыскиваемого лица. Использование информационно-телекоммуникационных ресурсов: при наличии технической возможности проводится мониторинг активности осужденного в социальных сетях, а также осуществляется проверка по базе данных «Розыск-Магистраль».

Иные источники: используются иные доступные законные источники информации, способствующие локализации местонахождения осужденного.

Данный перечень отражает

многовекторный характер деятельности УИИ, требующий координации усилий различных государственных органов и использования широкого спектра информационных ресурсов. Следует констатировать, что нормативное регулирование временных рамок проведения ПРМ претерпело существенные изменения. Ранее действовавший порядок, регламентированный Инструкцией по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества, устанавливал тридцатидневный срок для реализации комплекса первоначальных розыскных действий [7]. Данный нормативный подход находил свое отражение и в научных исследованиях, где 30-суточный период рассматривался в качестве оптимального временного интервала, достаточного для сбора и верификации информации о местонахождении осужденного [3, с. 139].

Вместе с тем, с введением в действие нового нормативного правового акта, утвердившего Порядок организации исполнения наказаний в виде обязательных работ, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, исправительных работ, а также осуществления контроля за поведением условно осужденных и лиц, которым предоставлена отсрочка отбывания наказания [8] (далее – Порядок), законодатель пересмотрел указанные временные рамки.

Данное изменение требует особого научного осмысления, поскольку сокращение временного лимита, отведенного на установление местонахождения осужденного, актуализирует вопросы эффективности розыскной деятельности, ресурсного обеспечения инспекций и соблюдения баланса между оперативностью реагирования и полнотой проводимых мероприятий.

В контексте динамичного развития уголовно-исполнительного законодательства особого догматического анализа заслуживает нормативная конструкция, определяющая временные и процедурные границы инициирования ПРМ. Законодатель формулирует данное положение следующим образом:

«Первоначальные розыскные мероприятия по установлению места нахождения осужденного осуществляются со дня, когда инспекции стало известно об уклонении осужденного от отбывания наказания либо контроля, в период, не превышающий срок привлечения к отбыванию наказания в виде обязательных, исправительных работ, на основании рапорта сотрудника инспекции, утвержденного начальником инспекции».

Несомненно, что указанная

законодательная дефиниция, будучи адаптированной к условиям частого реформирования нормативной базы, призвана обеспечить баланс между оперативностью реагирования на факты уклонения и гарантиями соблюдения прав лиц, отбывающих наказания без изоляции от общества.

Особую научную значимость приобретает анализ дифференциации временных пределов проведения ПРМ в зависимости от категории осужденного и вида назначенного наказания. Установлено, что максимальный срок реализации ПРМ в отношении лиц, осужденных к обязательным и исправительным работам, коррелирует с периодом, предусмотренным нормативными актами для привлечения к отбыванию данных видов наказания. Однако в отношении иных категорий осужденных наблюдается существенная нормативная неопределенность. Так, законодатель не определил конкретные временные границы проведения ПРМ в отношении лиц, которым предоставлена отсрочка отбывания наказания согласно ч. 1 ст. 82 УК РФ. В то же время, в отношении условно осужденных сохранен тридцатидневный срок осуществления розыскных действий. Указанная дискреция в нормативном регулировании порождает вопросы относительно единообразия правоприменительной практики и актуализирует необходимость внесения уточнений в действующее законодательство. Обращаясь к вопросу о временных границах проведения первоначальных розыскных мероприятий, следует выделить специфику регулирования в отношении лиц, осужденных к обязательным и исправительным работам. Для данной категории осужденных срок осуществления розыскных действий установлен в 15 суток. Подобная временная детерминация обусловлена нормативно закрепленным периодом, отведенным законодателем для привлечения осужденных к отбыванию наказания, что регламентировано положениями ст. 25 и ст. 39 УИК РФ соответственно.

При буквальном толковании нормативных положений следует констатировать, что фактический временной ресурс, отведенный на проведение ПРМ, оказывается существенно короче формально установленного пятнадцатидневного срока. Данная коллизия обусловлена необходимостью соблюдения процедурных требований, предшествующих инициированию розыскных действий.

В соответствии с п. 11 Порядка, при постановке осужденного на учет уголовно-исполнительная инспекция обязана в течение одного рабочего дня направить ему уведомление о дате и времени явки, при этом сама явка должна быть назначена на срок не позднее пяти рабочих дней с момента постановки на учет. Таким образом, административнопроцедурный этап, включающий направление вызова и предоставление осужденному времени для добровольной явки, объективно сокращает период, доступный для реализации непосредственно розыскных мер. Указанное обстоятельство актуализирует проблему дифференциации формального и фактического сроков проведения ПРМ: если законодатель устанавливает общий лимит в 15 суток, то с учетом императивных требований к порядку вызова осужденного, эффективный временной интервал для розыска может составлять менее десяти рабочих дней. Подобная временная компрессия создает дополнительные риски для полноты и качества проведения розыскных мероприятий, что требует учета в правоприменительной практике.

На основании проведенного анализа нормативно-правового регулирования и правоприменительной практики целесообразно систематизировать ключевые проблемы, возникающие в сфере организации ПРМ, осуществляемых уголовно-исполнительными инспекциями:

Нормативно-правовая коллизия между актами различной юридической силы. Наблюдается существенное несоответствие положений подзаконного нормативного правового акта — Постановления Правительства РФ № 729 — нормам федерального законодательства, в частности УИК РФ, в части определения категорий осужденных, в отношении которых уполномоченные органы вправе инициировать проведение ПРМ.

Указанный дисбаланс, неоднократно отмеченный в современной юридической доктрине [4, с. 9], создает препятствия для единообразного толкования и применения норм, регулирующих розыскную деятельность инспекций.

Дифференциация и фрагментарность в регламентации временных пределов проведения ПРМ. Отсутствие унифицированного подхода к установлению сроков осуществления первоначальных розыскных мероприятий в отношении различных категорий подучетных лиц детерминирует неоднородность правоприменительной практики. Особую озабоченность вызывает нормативная неопределенность в отношении лиц, которым предоставлена отсрочка отбывания наказания в соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ: для данной категории осужденных действующее законодательство вовсе не содержит императивных указаний на предельные сроки проведения ПРМ, что порождает риски нарушения принципа законности и единообразия в деятельности уголовно-исполнительной системы.

Недостаточность временного ресурса для реализации розыскного потенциала в отношении отдельных категорий осужденных. Установление сокращенного пятнадцатидневного срока для проведения ПРМ в отношении лиц, осужденных к обязательным и исправительным работам, при условии необходимости соблюдения предварительных процедурных требований (направление уведомления, предоставление времени для добровольной явки), объективно ограничивает возможности сотрудников инспекций по сбору, верификации и анализу информации о местонахождении разыскиваемых лиц. В целях устранения выявленных правовых пробелов и коллизий, а также оптимизации деятельности уголовно-исполнительных инспекций, представляется целесообразным реализовать комплекс мер по совершенствованию нормативно-правового регулирования института ПРМ. В частности, предлагаются следующие направления законодательной оптимизации: Гармонизация положений подзаконных нормативных правовых актов с нормами УИК РФ. Необходимо устранить существующее несоответствие между подзаконными актами и федеральным законодательством в части определения компетенции УИИ. В этой связи предлагается актуализировать пункт «з» статьи 7 главы 2 Положения об уголовно-исполнительных инспекциях, а также соответствующие нормативы штатной численности, изложив их в следующей редакции: «проведение первоначальных мероприятий в отношении осужденных к наказаниям в виде обязательных работ, исправительных работ, ограничения свободы, а также условно осужденных, осужденных с отсрочкой отбывания наказания, уклоняющихся от контроля уголовно-исполнительных инспекций». Данная мера позволит привести перечень категорий осужденных в соответствие с актуальными требованиями уголовно-исполнительного законодательства и обеспечит правовую определенность полномочий сотрудников инспекций.

Унификация процессуальных сроков проведения первоначальных розыскных мероприятий. С целью обеспечения возможности реализации полного перечня розыскных действий и повышения их результативности необходимо установить четкие и единые временные рамки для всех категорий подучетных лиц. В частности, предлагается внести изменения в ведомственные нормативные акты, регламентирующие учет осужденных:

Изложить абзац 2 пункта 27 Порядка ведения уголовно-исполнительными инспекциями учета осужденных к обязательным работам… и абзац 2 пункта 52 Порядка ведения учета осужденных к исправительным работам… в следующей редакции: «Первоначальные розыскные мероприятия по установлению местонахождения осужденного осуществляются со дня, когда инспекции стало известно об уклонении осужденного от отбывания наказания либо контроля в течение 30 суток, на основании рапорта сотрудника инспекции, утвержденного начальником инспекции».

Дополнить Порядок осуществления уголовно-исполнительными инспекциями постановки на учет осужденных, к которым применена отсрочка отбывания наказания в соответствии с частью первой статьи 82 Уголовного кодекса Российской Федерации, контроля за их поведением, новым пунктом 39 следующего содержания: «Первоначальные розыскные мероприятия по установлению местонахождения осужденного, скрывшегося от контроля либо не прибывшего в инспекцию после освобождения из исправительного учреждения, осуществляются инспекцией, на учете которой состоит такой осужденный. Первоначальные розыскные мероприятия по установлению местонахождения осужденного осуществляются со дня, когда инспекции стало известно об уклонении осужденного от отсрочки отбывания наказания в течение 30 суток, на основании рапорта сотрудника инспекции, утвержденного начальником инспекции».

Кроме того, целесообразно привести иные структурные элементы ведомственных актов, регулирующих проведение ПРМ, в соответствие с предложенными изменениями по аналогии с Порядками учета осужденных к обязательным и исправительным работам.

Проведенное исследование нормативно-правового регулирования и правоприменительной практики организации ПРМ, осуществляемых уголовно-исполнительными инспекциями, позволяет сделать следующие выводы.

Эффективность исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера, не связанных с изоляцией от общества, напрямую зависит от способности уполномоченных органов своевременно выявлять факты уклонения осужденных от контроля и локализовать их местонахождение. Однако действующая система правового регулирования данной сферы содержит ряд существенных пробелов и коллизий, снижающих результативность деятельности уголовно-исполнительных инспекций.

Во-первых, выявлено несоответствие положений подзаконного нормативного правового акта (Постановление Правительства РФ № 729) нормам федерального законодательства (УИК РФ) в части определения категорий осужденных, подлежащих розыску. Данная нормативно-правовая коллизия создает препятствия для единообразного толкования полномочий сотрудников инспекций и требует незамедлительной гармонизации ведомственных актов с уголовно-исполнительным кодексом. Во-вторых, критическому анализу подвергнута дифференциация сроков проведения ПРМ. Сокращение временного лимита для отдельных категорий осужденных (с 30 до 15 суток) при сохранении обязательных процедурных этапов (направление уведомления, предоставление времени для явки) приводит к существенной «временной компрессии».

Фактический период, доступный для реализации розыскного потенциала, сокращается до менее чем десяти рабочих дней, что объективно недостаточно для проведения комплексных мероприятий по установлению местонахождения лица. Кроме того, отсутствие законодательно закрепленных сроков для осужденных с отсрочкой отбывания наказания (ч. 1 ст. 82 УК РФ) порождает правовую неопределенность и риски нарушения принципа законности.

В целях устранения выявленных недостатков и оптимизации розыскной деятельности уголовно-исполнительных инспекций представляется целесообразным реализация предложенного комплекса мер законодательной оптимизации. Ключевыми направлениями совершенствования должны стать:

приведение Положения об уголовно-исполнительных инспекциях в соответствие с актуальными нормами УИК РФ в части перечня категорий осужденных; унификация сроков проведения первоначальных розыскных мероприятий для всех категорий осужденных, не изолированных от общества, с установлением единого предела в 30 суток; восполнение правовых пробелов в регулировании розыска лиц, которым предоставлена отсрочка отбывания наказания. Реализация данных предложений позволит обеспечить баланс между оперативностью реагирования на факты уклонения и полнотой проведения розыскных действий, повысит уровень законности в деятельности уголовно-исполнительной системы и будет способствовать достижению целей уголовного наказания без изоляции осужденного от общества.